coming to
mariam89
Earlier in the evening Paris was spotted leaving the premiere of The Bling Ring, which stars Emma Watson and is directed by Sofia Coppola.
The former Harry Potter star, 23, plays a girl who joins a gang that breaks into the homes of Hollywood stars and waltzes off with their clothes and gems.
Ahead of the screening Paris admitted that she was still coming to terms with what occurred during the real-life robberies, despite letting her house be used in the movie.

not shy
mariam89
While one might have thought Paris, who is not shy of courting attention, would have opted for a stand out gown, she instead went for a simple little red dress.
Shunning the bling altogether she wore the modest number, which fell to just above her knees, with a pair of simple black heels.
Her long blonde hair fell loose in waves around her shoulders and her eyes were covered with very large sunglasses as she left the party.

been hitting
mariam89
Cara, meanwhile who has only really been hitting the town in the last six months, went sunglasses free making her bleary eyes rather prevalent.
The 20-year-old did however looked pretty pleased with her new pal and wrapped her arm around her waist as they left, leaving Paris’ boyfriend River Viiperi trailing behind.
Paris no doubt felt in the mood to party after watching The Bling Ring for the first time – the film based on a robbery which occurred at her home.

for a night
mariam89
But on Thursday they joined forces for a night on the town during the Cannes Film Festival.
And living up to both of their reputations they were spotted leaving The Gotha Party arm in arm in the early hours of the morning.
However while Paris, 32, has been playing the party circuit for many years she wisely decided to stick on some shades as she left at 5am so the effects of her night on the town couldn’t be seen.

(no subject)
mariam89
В 1748 весной Степан Васильевич отправился на охоту и увидел, как провалился под лед мальчик из местных. Он бросился в воду и вытащил мальчишку, который остался жить. Сам же тяжело заболел. Долго боролся с болезнью, но в плохо отапливаемом, непроветриваемом доме, при, мягко говоря, скромном питании силы были не равны. В начале лета Степан Васильевич Лопухин умер.

Наталья тяжело переживала утрату. Несколько дней она была в оцепенении. Потом днями сидела у могилы, окропляя горькой влагой свежий холмик мерзлой земли, и медленно чахла. Степа и Агаша пытались утешить ее, уговорить. Она была к ним глуха, пока однажды Степа не сказал ей:
- Мама, я потерял отца. Ты останься со мной. Ради меня, вернись к нам.
Наташа услышала. Она нашла силы стряхнуть тоску и уныние и вернулась к прежней жизни, смогла даже вновь радоваться мелочам. Но в душе оставалась огромная зияющая рана – ничем невосполнимая пустота. Много лет спустя, она вышла во двор на рассвете, подняла глаза к светлеющему небу: «Господи, помоги. Измучилась одинокая душа – сил нет». И услышала колокольный звон. Звонили в православной церкви. Наташа засмеялась: Господь услышал ее и подсказал ей путь.

В 1755 Наталья Федоровна приняла православие.
Прихожане с любопытством разглядывали высокую сухощавую женщину преклонных лет, часами простаивавшую перед образами. Перед святыми ликами, в молитве княгиня Лопухина находила утешение и волю к жизни. Ей необходимо было жить, чтобы вернуться.

*   *   *

Спустя два года, об обращении ссыльной Лопухиной в православие доложили Елизавете.
- Должно быть, она рассчитывает на помилование, - шепнули в монаршее ухо.
Елизавета радела об интересах православной церкви. Всем преступникам, которые от других верований переходили в истинную веру, даровала прощение. Но на этот раз императрица обозлилась.
- Лопухина коварна и лжива! Не верю я в ее искренность. Бесстыжая даже над верой может поглумиться, лишь бы вернуться. Не дождется!
Когда-то задорная и веселая рыжеволосая девочка, мечтавшая о любви и счастье, пустила однажды в свое сердце тьму. Став императрицей, она презрела чувства других людей. И тьма разрушила ее душу и тело.
В 1761, практически прикованная к постели, мучимая сильными болями и страшными видениями, Елизавета Петровна ушла в мир иной.

*   *   *

В том же 1761 году умерла в Якутске Анна Гавриловна Бестужева.
Дома ее не ждали. Михаил Петрович Бестужев-Рюмин, полностью оправданный, во многом благодаря тому, что жена всячески выгораживала его на допросах, уехал за границу в качестве посла. Он уехал из России. Однако как убежать от самого себя, от неизбывной тоски по любимой женщине и от презрения к самому себе за то, что фактически предал ее, бросив на произвол судьбы.
Тем не менее, он нашел утешение. Утешение в объятиях другой женщины – госпожи Гаугвиц. Его новая любовь желала быть женой, и Михаил Петрович не мог ей отказать. Но как быть, ведь он женат. Тогда он предал Аню во второй раз, еще более низко, чем в первый. Он начал забрасывать императрицу письмами с просьбой разрешить ему повторный брак, а главным аргументом приводил тот факт, что первая его жена приговорена была к смерти и помилована. Только вот, почему же милость императрицы должна быть ему наказанием? Нет, его не нужно считать женатым, его нужно считать вдовцом!
Императрица, хоть и не сразу, признала его второй брак, в котором он, впрочем, скоро овдовел.
В ссылке рядом с Анной Гавриловной были верные ей люди и новые друзья, которые сохранили о ней добрую память.


Эпилог – утро после дождя

Высокий холм над порожистой рекой, обрамленный вечнозеленым лесом, искрился сочной зеленью, омытой дождем. Теплый ветер разгонял в небе тонкие, прозрачные хлопья, неспособные удержать солнечной нежности, согревающей землю. Солнечный свет играл с белокурыми волосами той, которая, очнувшись ото сна, заворожено смотрела на конус дымчато-золотого тумана, расстилающегося из бездонно-синей выси. Луч этот близился и ширился, и коснулся земли у ее ног. Стал он плотным и ярким, как пламя свечи, и ступени проступили в этом потоке света. Чей-то Голос внутри нее звал идти по лестнице. Голос не был ни знакомым, ни чуждым. Она знала только, что может ему доверять и не может не подчиниться. Женщина поднялась с мягкой и совсем не мокрой травы. Была она молода, красива, легка. Протянула руку и дотронулась до горящих необжигающим огнем перил. И улыбнулась чистой Радости. И шагнула ей навстречу, туда, куда звал ее Голос и где ждал ее Степан, венчанный с нею, любимый и долгожданный.

*   *   *

- Надеюсь, в том мире ей будет лучше, чем в этом, - сказал молодой военный и отер со щеки слезу, стоя над гробом  матери в фамильной усыпальнице.
Другой, старше его по возрасту, с густой проседью на непокрытых париком висках, обнял его за плечи. – Знаешь Абрам, однажды она сказала мне: «Часто люди, сожалея о прошлом и цепляясь за прошлое, пренебрегают своим настоящим и отвергают будущее. Иногда судьба вынуждает пройти через ад, чтобы понять: рай на земле человек себе создает сам, когда умеет видеть и ценить дарованные судьбой блага». Так, давай не будем грустить о прошлом. Она достойно прожила эту жизнь и смогла найти силы, чтобы наполнить ее счастьем. Несмотря на все невзгоды! Господь ее не оставит. Она вернулась в Петербург, чтобы у нас было больше возможностей для нашего будущего, и мы в ответе за то, как используем их, – говорил он тихо, не отрываясь взглядом от закрытой лакированной крышки. Шел девятый день, как их мать почила с миром.
– Пойдем, нас ждут, – сказал Степан Степанович брату.
Тот отступил на несколько шагов, не разворачиваясь. Еще раз мысленно простился и пошел к выходу.
Они вышли во двор под перестук тарабанящих капель, бойко срывающихся с льдистых сосулек, одевших хрусталем карнизы Спасо-Андроникова монастыря. Воздух был свеж и влажен. Мартовская оттепель сверкала в  хрустальной бахроме крыш и в веселых струйках воды. Кругом еще было бело от снега, но расчищенная дорожка уже отсвечивала глянцевой каменистой поверхностью.  Воробей, ликуя пьющий студеную влагу из маленькой, отражающей высокое синее небо лужицы, вспорхнул на тугую тонкую ветвь разомлевающей под солнцем осины. Деловито склонив головку, взглядом коричневых бусинок-глаз он проводил пересекающих монастырский двор братьев Лопухиных. Их ждал впереди долгий и славный путь действительного камергера Екатерины II и генерал-поручика русской армии.
http://provokatsia.livejournal.com/373153.html
В 1748 весной Степан Васильевич отправился на охоту и увидел, как провалился под лед мальчик из местных. Он бросился в воду и вытащил мальчишку, который остался жить. Сам же тяжело заболел. Долго боролся с болезнью, но в плохо отапливаемом, непроветриваемом доме, при, мягко говоря, скромном питании силы были не равны. В начале лета Степан Васильевич Лопухин умер.

Наталья тяжело переживала утрату. Несколько дней она была в оцепенении. Потом днями сидела у могилы, окропляя горькой влагой свежий холмик мерзлой земли, и медленно чахла. Степа и Агаша пытались утешить ее, уговорить. Она была к ним глуха, пока однажды Степа не сказал ей:
- Мама, я потерял отца. Ты останься со мной. Ради меня, вернись к нам.
Наташа услышала. Она нашла силы стряхнуть тоску и уныние и вернулась к прежней жизни, смогла даже вновь радоваться мелочам. Но в душе оставалась огромная зияющая рана – ничем невосполнимая пустота. Много лет спустя, она вышла во двор на рассвете, подняла глаза к светлеющему небу: «Господи, помоги. Измучилась одинокая душа – сил нет». И услышала колокольный звон. Звонили в православной церкви. Наташа засмеялась: Господь услышал ее и подсказал ей путь.

В 1755 Наталья Федоровна приняла православие.
Прихожане с любопытством разглядывали высокую сухощавую женщину преклонных лет, часами простаивавшую перед образами. Перед святыми ликами, в молитве княгиня Лопухина находила утешение и волю к жизни. Ей необходимо было жить, чтобы вернуться.

*   *   *

Спустя два года, об обращении ссыльной Лопухиной в православие доложили Елизавете.
- Должно быть, она рассчитывает на помилование, - шепнули в монаршее ухо.
Елизавета радела об интересах православной церкви. Всем преступникам, которые от других верований переходили в истинную веру, даровала прощение. Но на этот раз императрица обозлилась.
- Лопухина коварна и лжива! Не верю я в ее искренность. Бесстыжая даже над верой может поглумиться, лишь бы вернуться. Не дождется!
Когда-то задорная и веселая рыжеволосая девочка, мечтавшая о любви и счастье, пустила однажды в свое сердце тьму. Став императрицей, она презрела чувства других людей. И тьма разрушила ее душу и тело.
В 1761, практически прикованная к постели, мучимая сильными болями и страшными видениями, Елизавета Петровна ушла в мир иной.

*   *   *

В том же 1761 году умерла в Якутске Анна Гавриловна Бестужева.
Дома ее не ждали. Михаил Петрович Бестужев-Рюмин, полностью оправданный, во многом благодаря тому, что жена всячески выгораживала его на допросах, уехал за границу в качестве посла. Он уехал из России. Однако как убежать от самого себя, от неизбывной тоски по любимой женщине и от презрения к самому себе за то, что фактически предал ее, бросив на произвол судьбы.
Тем не менее, он нашел утешение. Утешение в объятиях другой женщины – госпожи Гаугвиц. Его новая любовь желала быть женой, и Михаил Петрович не мог ей отказать. Но как быть, ведь он женат. Тогда он предал Аню во второй раз, еще более низко, чем в первый. Он начал забрасывать императрицу письмами с просьбой разрешить ему повторный брак, а главным аргументом приводил тот факт, что первая его жена приговорена была к смерти и помилована. Только вот, почему же милость императрицы должна быть ему наказанием? Нет, его не нужно считать женатым, его нужно считать вдовцом!
Императрица, хоть и не сразу, признала его второй брак, в котором он, впрочем, скоро овдовел.
В ссылке рядом с Анной Гавриловной были верные ей люди и новые друзья, которые сохранили о ней добрую память.


Эпилог – утро после дождя

Высокий холм над порожистой рекой, обрамленный вечнозеленым лесом, искрился сочной зеленью, омытой дождем. Теплый ветер разгонял в небе тонкие, прозрачные хлопья, неспособные удержать солнечной нежности, согревающей землю. Солнечный свет играл с белокурыми волосами той, которая, очнувшись ото сна, заворожено смотрела на конус дымчато-золотого тумана, расстилающегося из бездонно-синей выси. Луч этот близился и ширился, и коснулся земли у ее ног. Стал он плотным и ярким, как пламя свечи, и ступени проступили в этом потоке света. Чей-то Голос внутри нее звал идти по лестнице. Голос не был ни знакомым, ни чуждым. Она знала только, что может ему доверять и не может не подчиниться. Женщина поднялась с мягкой и совсем не мокрой травы. Была она молода, красива, легка. Протянула руку и дотронулась до горящих необжигающим огнем перил. И улыбнулась чистой Радости. И шагнула ей навстречу, туда, куда звал ее Голос и где ждал ее Степан, венчанный с нею, любимый и долгожданный.

*   *   *

- Надеюсь, в том мире ей будет лучше, чем в этом, - сказал молодой военный и отер со щеки слезу, стоя над гробом  матери в фамильной усыпальнице.
Другой, старше его по возрасту, с густой проседью на непокрытых париком висках, обнял его за плечи. – Знаешь Абрам, однажды она сказала мне: «Часто люди, сожалея о прошлом и цепляясь за прошлое, пренебрегают своим настоящим и отвергают будущее. Иногда судьба вынуждает пройти через ад, чтобы понять: рай на земле человек себе создает сам, когда умеет видеть и ценить дарованные судьбой блага». Так, давай не будем грустить о прошлом. Она достойно прожила эту жизнь и смогла найти силы, чтобы наполнить ее счастьем. Несмотря на все невзгоды! Господь ее не оставит. Она вернулась в Петербург, чтобы у нас было больше возможностей для нашего будущего, и мы в ответе за то, как используем их, – говорил он тихо, не отрываясь взглядом от закрытой лакированной крышки. Шел девятый день, как их мать почила с миром.
– Пойдем, нас ждут, – сказал Степан Степанович брату.
Тот отступил на несколько шагов, не разворачиваясь. Еще раз мысленно простился и пошел к выходу.
Они вышли во двор под перестук тарабанящих капель, бойко срывающихся с льдистых сосулек, одевших хрусталем карнизы Спасо-Андроникова монастыря. Воздух был свеж и влажен. Мартовская оттепель сверкала в  хрустальной бахроме крыш и в веселых струйках воды. Кругом еще было бело от снега, но расчищенная дорожка уже отсвечивала глянцевой каменистой поверхностью.  Воробей, ликуя пьющий студеную влагу из маленькой, отражающей высокое синее небо лужицы, вспорхнул на тугую тонкую ветвь разомлевающей под солнцем осины. Деловито склонив головку, взглядом коричневых бусинок-глаз он проводил пересекающих монастырский двор братьев Лопухиных. Их ждал впереди долгий и славный путь действительного камергера Екатерины II и генерал-поручика русской армии.

(no subject)
mariam89


Katie Price на церемонии Morgan Awards в Лондоне
+ другие колоритные персонажи > > >








Sharon and Ozzy Osbourne



Ronnie Corbett & Sarah Brown (жена премьер-министра)



Ulrika Jonsson и её муж Brian Monet



Bruno Tonioli & Claudia Winkleman



Christine Bleakley & Lily Allen



остальные выглядели слишком обыденно

(no subject)
mariam89



(no subject)
mariam89

Read more...Collapse )

?

Log in

No account? Create an account